Джек Демпси

          Терёхин Константин

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

За перевод большое человеческое спасибо Nikolas1612. Вообще безумно интересно наблюдать, как фанатично преданные практики боевых искусств, двигающиеся в, казалось бы, различных направлениях, приходят к одному и тому же.

Я отчетливо помню свое удивление, когда на мой вопрос мастеру Вану из Шеньяна, как ему удается сочетать тайцзи, синь, багуа, с одной стороны, и советский бокс и саньда, с другой. Он ответил: «Чем больше я занимаюсь, тем меньше вижу различий». И на мой недоуменный взгляд, добавил: «Конечно, тело же одно».

Так что я позволю себе давать краткие комментарии, там где техника великого боксера пересекается с техникой окинавского каратэ.

 (Из книги Джека Демпси «Взрывные удары и агрессивная защита», 1950 г.)

 Правило размена на средней дистанции.

При лобовом столкновении и обмене ударами на средней дистанции, чем «прямее» вы будете бить, тем у вас больше шансов оказаться «внутри» атаки вашего противника.

Общее правило размена заключается в том, что тот из противников кто доминирует на «центральной прямой» – имеет значительно более высокий процент попаданий в цель.

(Как говорил великий боец Мотобу Тёкки: "В тодэ есть только один секретный принцип. Суть его в том, чтобы защищать и атаковать центр человеческого тела". Оказывается – это настолько важно, что считалось секретным принципом.)

Противник, «вытесненный» с центральной прямой, вынужден бить удары по круговым траекториям с дополнительным замахом. Вытеснение противника с «центральной прямой» на средней дистанции приводит к тому, что ему остается работать преимущественно свингами со всеми вытекающими последствиями.

Круговые удары человека, вытесненного с «центральной прямой», часто запаздывают либо летят мимо, т.к. должны пройти большее расстояние по сравнению с траекторией прямого удара – которая, одновременно является и кратчайшим расстоянием до цели. Если же свинги попадают, то они причиняют значительно меньший вред, чем встречные прямые по «центральной линии». Запомните: любой тип свинга, применяемый против грамотной работы прямыми – не имеет никаких шансов на успех.

Из этого выводится правило обоюдного размена на средней дистанции – стараться как можно меньше «закруглять свои удары», стремиться овладеть центральной прямой и оказаться «внутри» линии атаки, вытеснив атакующие конечности противника на периферию.

 Драка и нокаутирующий удар.

Драка имеет ряд существенных отличий от боя на ринге. Главное – очень высокий уровень травматизма. Всегда помните: чем дольше длится драка, тем больше у вас шансов стать калекой. Каждая новая минута уличного столкновения резко снижает ваши шансы выйти из него без серьезных травм и увечий. Из этого следует сразу несколько важных выводов: драку необходимо заканчивать максимально быстро.

(Для меня каратэ выделяется на фоне всех остальных боевых искусств именно акцентом на мгновенное пресечение агрессии. «Иккен хисацу». Не забыли? J)

Лучший способ прекратить драку – это нокаутировать противника. Поэтому в драке должны преобладать тяжелые нокаутирующие удары. Место легких джебов и красивых маневров - на ринге. В драке важна не красота, а эффективность.

 Важность постановки нокаутирующего удара левой рукой.

Для уличного панчера огромное значение приобретает постановка нокаутирующего удара с левой руки. Почему мы стартуем с левой? Дело в том, что для «стандартного правши» левый кулак – намного важнее правого (левшу в расчет не берем, там своя специфика). Поначалу такое утверждение может показаться странным, ведь мы пытаемся как можно быстрее поставить нокаутирующий удар, и по логике надо начинать именно с «сильной» правой.

Объясню. В левосторонней стойке левая рука находится ближе к противнику. Соответственно она быстрее достигает цели и ее труднее парировать, чем правую.

(В каратэ, да и не только, существует замечательный принцип: ближайшее оружие – ближайшая цель.)

Хорошо поставленный левый прямой или хук как минимум выведет вашего противника из равновесия и откроет его для добивающего удара правой.

Бить левой не только легче, но и значительно безопаснее. Бьющая рука прикрывает подборок, с другой стороны его страхует правая рука. Удар левой – это одна из наименее уязвимых ударных позиций. Именно по этой причине с левой обычно начинают ударную серию. Стартовать с удара правой против опытного противника настолько опасно, что этот удар даже получил название «слови пиз…лину» (другой вариант перевода – «удар сосунка», досл. sucker punch). Впрочем, я ничуть не отрицаю возможности применения этого удара с убойным эффектом.

К сожалению, современный бокс почти утратил навыки нокаутирующего удара левой, повсеместно заменив его игровым джебом, который служит всего лишь подготовкой для нокаутирующего правого удара. При этом, все почему-то забыли о том, что правильно поставленный удар передней рукой может успешно отправить противника в глубокий нокаут не хуже задней.

 Основы «вложения» массы тела в удар.

Базой для нанесения сильного удара является приведение в движение веса вашего тела. Существует всего 4 способа вложения веса нашего тела в ударное движение:

1) падение вперед

2) поступательное движение скачком вперед

3) вращение плеч с подключением сильных мышц спины и переносом веса тела с одной ноги на другую

4) движение массы тела вверх – например, при нанесении апперкотов.

Каждый удар совмещает в себе, по крайней мере, 2 составляющих из 4-х перечисленных. Чем больше составляющих в ударе, тем он сильнее. Именно поэтому самым сильным ударом, который можно нанести левой рукой – является прямой удар наносимый на «падающем шаге». Он совмещает одновременно 3 элемента - падение, поступательное движение тела и скручивание туловища. Сегодня этот удар почти полностью забыли и вычеркнули из боевого арсенала. А между тем, «падающий шаг» сам по себе гарантирует наличие жесткого прямого удара, в который будет вложена большая часть вашей массы.

Существует целый ряд причин, из-за которых прямой на «падающем шаге» почти перестал применяться. Новомодные инструктора учат боксеров наносить удар исключительно на скручивании корпуса. Шаг вперед с сильным вложением левой руки в удар почему-то считается опасным маневром – мол, противник может увернуться и нокаутировать встречным ударом. Ну, а шлепать джебами намного безопаснее.

А если подумать - в чем разница? По сути, каждый раз, когда вы вытягиваете левый кулак к цели, пытаясь достать до противника – вы подвергаете себя опасности получить встречный удар. Более того, боксер привыкший играть джебом – применяет его намного чаще, чем ударник, вкладывающий в переднюю руку нокаутирующую мощь. Оно и понятно - нокаутирующими ударами не размениваются понапрасну и не тыкают ими куда попало. Так не лучше ли бить передней рукой сильно, с целью послать противника в нокаут, а не просто шлепнуть его по физиономии?

Мой совет таков: легкий джеб используйте исключительно в «двойке» - когда ваш левый кулак бьет противника в верхнюю часть головы – задирая ее, и, давая, тем самым, правому удару четко поразить вздернутый подбородок. Во всех остальных случаях - применяйте технику прямых ударов «в падении».

 Постановка техники прямых ударов на «падающем шаге».

Встаньте в левостороннюю стойку. Немного согните колени, перенесите основной вес тела на переднюю левую ногу, так чтобы плюсна правой стопы легко касалась пола. А теперь без предварительного вспомогательного движения сделайте длинный быстрый шаг левой ногой в направлении цели. Подчеркиваю – без дополнительных движений! Вам обязательно захочется немного сместиться назад – не делайте этого. Суть заключается в том, что вы резко подгибаете левую подгруженную ногу и позволяете телу упасть вперед с длинным шагом. Все движение - быстрое, конвульсивное и со стороны выглядит крайне неуклюжим. Но именно этот неуклюжий скачок – основа нокаутирующего прямого удара. Это база для постановки тяжелейшего прямого удара с вложением всей массы тела.

(Аллилуйя! Да здесь же речь идет о «тобокухо» или «тотихо»! Именно эту технику использовали мастера окинавского каратэ для увеличения силы удара. Подробности можно посмотреть тут http://www.okinawa-karate.ru/our-articles/11-karate-karatedo-naifanch-naiphanchi-naihanti-tekki.html)

Собственно, когда мы ходим – каждый наш шаг включает в себя небольшое «падение». Человеческий шаг вообще представляет собою череду подъемов и падений. В «падающем шаге» стадия падения доведена до максимума, оно усилено по двум причинам:

1. перед шагом почти весь вес находится на передней ноге

2. шаг настолько длинный что дает гравитации возможность придать телу непривычный момент «свободного падения». Именно по этой причине в конце движения ваша левая нога тяжело «впечатывается» в пол. На закате своей карьеры Джо Ганс редко промахивался своим длинным прямым левым ударом – но когда он все-таки промахивался, приземление его левой ноги было слышно за полквартала.

Несмотря на то, что в начале шага ваш вес был загружен в основном на левую ногу – вы не упали на пол. Почему? Потому что после отрыва левой ноги от пола мыс правой ноги инстинктивно толкнул вас скачком вперед, пытаясь сохранить равновесие заваливающегося вперед тела. Левая нога вступила в роли спускового механизма для последующего толчка правой ногой.

Вновь повторяю – нет никакого предварительного движения перед «падающим шагом» – и особенно смещения назад, которое является естественной реакцией вашего тела! Смещение веса назад замедлит удар, подаст противнику сигнал о начале удара, и ослабит сам удар. В драке не бывает места для роскоши, коей являются лишние движения. На поражение цели может представиться один-единственный удобный момент. Поэтому никакой подготовки.

Обратите внимание на очень важную деталь – данный удар бьется кулаком, находящимся в вертикальном положении.

Скручивание кулака и его поворот ладонью вниз применяется в очень популярных ныне «полупрямых ударах» – которые бьются за счет вращения плеч. Но на то они и полупрямые. Есть такое правило: как только вы начинаете ставить кулак ладонью книзу – вы начинаете закруглять свой удар, и прямая превращается в едва заметную петлю.

Это природа, ее невозможно обмануть, она любит округлые движения, в них больше гармонии. Так устроено человеческое тело. Но «удар на падающем шаге» это чистый прямой удар – для него никаких вращений не требуется. Они только смажут его и придадут ему ненужные закругления. Удар должен идти четко по прямой!

Обязательно научитесь делать этот удар на длинном шаге – потом вам будет безразлично, будет ли ваш шаг длиной полметра или несколько сантиметров, которые почти не видны со стороны.

После того, как вы научитесь делать «прямой в падении», сравните его с прямым, наносимым только за счет скручивания туловища. И вы сами увидите, что во втором варианте вам никогда не добиться такого проникающего эффекта и вложения, как при «падающем шаге». Дело в том, что в левосторонней стойке боец развернут к противнику левым плечом – что существенно сокращает крутящий момент, вкладываемый в удар левой. Вот и получается, что удар левой через вращение плеч тем сильнее – чем дальше отведено назад левое плечо в начале удара. Отведение же левого плеча назад – само по себе дает сигнал опытному противнику о том, какой удар будет нанесен. Кроме того, это ослабляет Вашу защиту и создает угрозу получения встречного нокаутирующего удара.

Если вы не можете шагнуть в противника – бейте его прямыми с разворотом плечей, но если есть возможность хоть немного шагнуть вперед – бейте по принципу «падающего удара».

 

Краткий ликбез для тех, кому ничего не говорит это имя.

Джек Демпси, по прозвищу "Костолом из Манассы" - американский боксёр-профессионал, чемпион мира в супертяжелом весе, ярко выраженный нокаутер, провел более 80-ти боев, выиграв 62 из них, и нокаутировав своих противников более чем в 50-ти. Боксировал с 1915 по 1927 г.г.

К 1950 г. написал книгу «Взрывные удары и агрессивная защита», в которой раскритиковал современный бокс, по его мнению, превратившийся в шоу-бизнес, где боксеры игрового плана подменили истинных нокаутеров. Этот человек родился всего через 10 лет после того как в боксе официально появились боксерские перчатки. Этот боксер умел не только бить, но и очень грамотно защищаться. Прошло много лет, а современные боксеры вовсю крутят так называемое "солнышко Демпси" - оно по-прежнему актуально.

Демпси учился боксировать когда искусство кулачного боя все еще базировалось на наработках, полученных в эпоху соревнований на голых кулаках. Именно поэтому рекомендации Демпси более чем ценны и реалистичны.

Желающие могут обратиться к полному английскому варианту книги Демпси - http://rapidshare.com/files/278691105/Championship_Fighting__Jack_Dempsey_.pdf

Сегодня мы хотим предложить вам уникальную книгу "Каратэ кэмпо. Кулачный метод китайской руки. ч.1 Сантин". В ней Герш Дорошенков открытым и доступным языком излагает темы, о которых в книгах боевой тематики, обыкновенно, не пишут. Более того, о таком редко можно услышать даже на семинарах признанных мастеров.

   Посвящена книга кэмпо-каратэ.  Это каратэ «Китайской», притом далеко не «пустой руки».  В Китае это, прежде всего стили «Тигра - Журавля», на Окинаве – «Твёрдого и Мягкого». 

   Книга прекрасно иллюстрирована (475 фотографий), что делает её доходчивой и наглядной. Предельно методична, что, пожалуй, является её главным достоинством (как известно, самым ценным и секретным в любом искусстве являются методики обучения).

      Раздел, описывающий уязвимые места на теле человека, выполнен автором с учетом многолетнего опыта в практической медицине. А его знакомство, как с древневосточной, так и современной западной медициной, делает эту информацию особенно ценной. Более того, в приложении, автор приводит уникальную форму комплекса оздоровительных упражнений «Восемь кусков парчи» и методические рекомендации к нему.

   В книге представлена оригинальная форма ката «Сантин».  Таблицы и приведенные иллюстрации  позволяют обнаружить внутреннюю структуру этого ката. Впервые «форма» предстаёт как последовательность рэндзоку (связок). То есть, тех самых  трёх приёмов, которые  являются объектом наработки кихонвадза и кумитэ. Указаны методы, позволяющие контролировать правильность исполнения «формы».

   Особо следует отметить парную форму ката «Сантин», что наряду с «закаливающими схватками» служит мостом от обусловленных поединков к свободным реагированиям.

     И, наконец, среди приложений можно найти прекрасный глоссарий используемых терминов, где можно почерпнуть знания об особенностях правильного написания и прочтения  терминов, встречающихся в книге. А так же, соответствующие им понятия китайского цюаньшу (кулачного искусства).

 


Karate kempo santin.pdf

Стойки в окинавском каратэ

 Константин Терехин

 Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

А. Горбылев "Киай - удар на расстоянии"
Конно Сатоси "Каратэ-до Конно-дзюку: путь постижения боевых искусств"
А.Горбылев "Ката- коаны каратэ"

Обычно я использую слово «стойка» (дачи) так как именно такой перевод устоялся в практике каратэ. Однако семантически, смыслово значительно правильнее, на мой взгляд, использовать слово «положение». Вряд ли у вас в бою возникнет желание «постоять», а именно это предполагает слово «стойка».

«Положение» - слово, лишенное смысла «остановиться на время». Вы можете стремительно переходить из одного положения в другое. Например, вы идете вперед, и вдруг вам надо резко дотянуться до объекта. Вы делаете выпад и, естественно, обнаруживаете себя в … дзенкуцу-дачи. (Именно поэтому, мне кажется, не очень разумным ходить в дзенкуцу-дачи. В реальном бою вам вряд ли захочется перемещаться в этом положении, а вот оказаться в нем на мгновение в момент нанесения решающего удара придется почти наверняка.)

Теперь допустим, что ваша атака оказалась неудачной. Противник защитился и атакует ударом мае-гири ваше колено впереди стоящей ноги вы, естественно, отдергиваете его назад (надеюсь, что защищать колено каким-либо блоком рукой вам не придет в голову) и обнаруживаете себя в… некоаси-дачи.

Надеюсь, я наглядно проиллюстрировал мысль, что, то, что сейчас обычно называют «стойкой» является мгновенно (т.е. очень быстро и на очень короткое время) занимаемым положением тела. Другими словами «стойки» это набор мгновенных фотографий положений тела в бою. Именно этим и объясняется их огромное количество.

Понятно, что точно подсчитать их невозможно, но с учетом различных вариантов положений ног и корпуса их число составляет многие десятки. (Интересная аналогия напрашивается с хатха-йогой. По преданию, создатель этой техники бог Шива показал 84 тысячи асан (поз). Другими словами, получается, что любое положение тела является асаной.)

У каждой стойки есть так называемая третья точка детально эта концепция сохранилась и передается в айкидо. Но, на мой взгляд, она, безусловно, присутствует в изначальном окинавском каратэ.

О чем идет речь? Если вдоль стоп провести прямые линии, то они пересекутся как раз в «третьей точке». Эта точка есть область наименьшей устойчивости этого положения. Чтобы за кратчайшее время и с минимальным усилием вывести оппонента из равновесия, вашу силу необходимо направить именно в эту область.

Третьей точкой обладают практически все стойки, за исключением одной. Уже поняли, о чем речь? Правильно, о некоаси-дачи! У нее нет третьей точки, поэтому она одинаково устойчива во всех направлениях! Именно этим и объясняется особое место этой стойки в каратэ Окинавы.

 Высота стоек

Существует древняя, как мир дилемма между устойчивостью и подвижностью. Похоже, окинавцы решали ее в сторону подвижности. Какой смысл устойчиво получить ногой в пах? Или если вам в устойчивой стойке сломают колено, или нанесут какую-то травму, несовместимую с дальнейшим продолжением боя? Лучше ваш удар будет не на столько мощным (а он и не нужен, чтобы атаковать наиболее уязвимые части тела: глаза, шею, колени, пах и т.д.), но зато вы сохраните подвижность, и сможете маневрировать, неожиданно атакуя противника.

В книге «Становление Сито-рю каратэдо» (стр.132) Алексей Горбылев приводит слова Мабуни Кэнэя: «Если не уделять постоянно достаточного внимания отработке приемов маневрирования, считая, что любые действия противника можно блокировать руками, то в случае столкновения с вооруженным противником это приведет к настоящему краху… поэтому нужно хорошо понимать, что означают слова «каратэ – это приемы маневрирования и движения рук».

На странице 34 «Окинавского каратэ» М.Бишопа обнаруживаем подтверждение этому подходу: «Накаима советовал… «Не забывайте атаковать жизненно важные точки, так как даже легкого удара в пах, глаза или нос вполне достаточно, чтобы дезориентировать противника. Тренируйте подвижность, а не устойчивость тела к ударам. Не старайтесь приучить тело выдерживать удары, а обратите внимание на тренировку подвижности, чтобы вы могли молниеносно уклоняться от любой атаки».

Отсюда следует, что окинавские стойки значительно выше и Уже, чем японские. По крайней мере, если их сравнивать со стойками Шотокана или Ситорю. На самом деле все они соответствуют естественному и удобному положению тела, их не нужно отрабатывать длительное время.

Так в статье «Неистовый боец Мотобу» (журнал «Додзё» №1 за 2003 год) А. Горбылев пишет: «Если судить по его книге "Окинава кэмпо каратэ-дзюцу. Кумитэ-хэн", опубликованной в 1926 году (Мотобу не умел ни писать, ни говорить по-японски; видимо, кто-то записывал его слова под диктовку, одновременно переводя их на японский), он использовал естественные высокие стойки».

Эту же мысль на странице 84 приводит и Бишоп: «Камаэ, - сказал мне Кодзё, - никогда не должны быть напряженными, учитывая скорость, необходимую для атаки и контратаки».

Там же на стр184 читаем: «Сёрин Рю предусматривает естественные стойки, которые позволяют двигаться свободнее».

Хотите совет, как определить вашу естественную боевую стойку? Очень просто! Вы идете своей обычной походкой. Вдруг слышите команду: «Стой!». Резко останавливаетесь. Вот это и будет ваша оптимальная боевая стойка.

Бишоп на странице 114 приводит весьма глубокие слова (перечитайте их несколько раз: они и про засилье спортивной техники, и про настоящий бункай): «Аракаки до известной степени сожалеет о современной тенденции превращения боевых искусств в спорт и их коммерциализации, он вспоминал времена, когда не было ударов ни ногами, ни руками в верхний уровень (дзёдан), а учеников учили представлять себе, что они атакуют пах и область расположения жизненно важных точек на ребрах. «Хотя широкие стойки каратэ выглядят достаточно мощными, - объяснял Аракаки, - фактически они должны быть узкими. Эти широкие стойки были изобретены недавно японцами, которые основное внимание уделяют внешнему виду».

Еще одна важная мысль относительно стоек. Не стоит определять их ширину размером плечей. Насколько я могу судить, японцы значительно более рациональные люди, чем окинавцы. Поэтому, когда вы слышите или читаете про «ширину плеч», «расстояние, равное предплечье плюс 2 кулака», «угол в 45 градусов», «угол в 90 градусов», то можете быть наверняка уверены в том, что это более поздние, японские наслоения.

На мой взгляд, ширина боевой стойки значительно меньше, и составляет приблизительно ширину (максимум две) стопы. Однако, думаю в каратэ разумно следовать завету дедушки Ленина: «Практика – критерий истины!». Поэкспериментируйте и определите свою собственную, наиболее удобную для вас ширину стоек. И не слушайте вы никого. J

В статье «Каратэ-до Конно-дзюку: Путь постижения боевых искусств» (перевод В.Натарова) сэнсэй Конно особое внимание уделяет традиционным стойкам: «Однако принципиальное отличие в Конно-дзюку состоит в том, что нет обычно глубоких стоек дзэнкуцу и кокуцу, все стойки высокие.

Изначально на Окинаве стойки были именно такими. Движения короткие, количество движений также меньше. Структура ката такова, что любое движение, благодаря использованию гамаку, мутими и тинкути может быть выполнено с большой силой…

Например, стойки дзэнкуцудати и кокуцудати, когда грудь нужно подать вперед, а бедра опустить как можно ниже, хороши для тренировок нижней части тела, однако в реальной ситуации ноги в этих стойках надолго остаются на одном месте, и из таких положений реально ничего нельзя сделать. Да и с точки зрения здоровья эти стойки вредны: заставляют бедра перенапрягаться и вызывают болезненные ощущения. Изначально дзэнкуцудати было таким положением тела, которое возникало после перехода вперед из естественного положения сидзэнтай, используя тобокухо, поэтому раньше в дзэнкуцудати верхняя часть тела была подана чуть вперед и стойка была неширокой. Раньше учили, что дзэнкуцудати "убивает" подвижность тела, поэтому надо сразу же возвращаться в исходное положение сидзэнтай. Это принципиально отличается от точки зрения, распространенной в современном каратэ. Если в нынешних соревнованиях по ката продемонстрировать ката, содержащие гамаку, мутими и тинкути, скорее всего, высоких баллов за исполнение не получишь: критерии оценки совсем другие»

Так зачем же надо было изменять стойки?- спросите вы, уважаемый читатель. Помимо очевидного желания скрыть настоящее искусство боя, напрашиваются еще, как минимум, 2 причины. Во-первых, это желание сделать каратэ красивым, а не эффективным. Во-вторых, тотальная коммерциализация каратэ. Это же, сколько можно «срубить» денег на обучении низким стойкам? Сколько раз ученики будут приседать, сколько ходить по залу с партнером на плечах, сколько будут растягиваться? А денежки капают! А тут поставил человека, слегка подкорректировал, и все. Потому что мы все так (с небольшими поправками) ходим с самого детства, и учить нас этому как-то странно. Тогда за что брать деньги?

И в качестве подведения итога: «Кафу Кодзё рассказывал мне, что одним из секретов старых стилей китайского бокса было отсутствие камаэ». (Бишоп, стр. 85).

А что же означает эта, странная, на первый взгляд, мысль? Марк Бишоп (стр. 214) словами известного мастера каратэ так расшифровывает её: «…от братьев Мотобу Канэсима узнал также секретные принципы рукопашного боя, а именно: камаэ (боевая стойка) не имеет формы, защитный блок (укэ) тоже не имеет формы. «Другими словами, - объяснил Канэсима, - нужно быть готовым защитить себя из любого положения или стойки, чем бы вы ни занимались. Принимать боевую стойку, когда на вас нападают внезапно, означает почти неминуемое поражение. Не следует также думать о том, чтобы использовать определенный технический прием в конкретной ситуации – приемы должны быть спонтанными и естественными, а не придуманными заранее…»

Снова слова Мабуни Кэнва (А. Горбылев «Становление Сито-рю каратэдо», стр.136): «Чем глубже мы прочувствуем сокровенный секрет каратэ, выраженный в этой фразе – «В каратэ не существует боевых изготовок», тем лучше понимаем, сколь глубока суть этой заповеди. Эта заповедь, которая при наличии самых различных боевых изготовок, провозглашает отсутствие боевых изготовок, опирается на философскую концепцию «сики соку дзэ ку» - «цвет – суть пустота». Соответственно, идея пребывания в состоянии отсутствия боевой изготовки, в котором при этом рождается «тысяча изменений и десять тысяч превращений», технических приемов, есть ничто иное, как воплощение принципа «ку соку дзэ сики» - «пустота – суть цвет».

Могу предложить вам, уважаемый читатель, один любопытный эксперимент. После начала команды «хаджиме», пока партнер принимает стойку, сблизьтесь с ним и ударьте. Скорее всего, вы победите: естественно, пока партнер принимает стойку, вы наносите удар. Кто одержит победу?

Видео Матсуда Йосимаса "Ката Сёрин-рю"
Видео "Классические ката Сюри-тэ"
Видео ката Кусянку (Kusanku) по стилю Иссин-рю

Киай - удар на расстоянии

Алексей Горбылев

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript  

...Ягю Матадзюро был сыном знаменитого мастера кэн-дзюцу (фехтование на мечах) Ягю Хида-но Ками, преподававшего это искусство сёгуну - военному диктатору Японии. Однажды он прогневал отца и был отлучен от дома. Прошло несколько лет. Все это время Матадзюро изучал кэн-дзюцу под руководством одного из лучших фехтовальщиков Японии. Он сильно изменился за эти годы, раскаялся в прежних поступках и в надежде унаследовать пост учителя фехтования при дворе сёгуна решил попросить у отца прощения. Матадзюро обратился за помощью к Окубо Хикодзаэ-мону, который имел сильное влияние на Хида-но Ками. Хикодзаэмон очень любил заблудшего сына своего друга и с готовностью согласился помочь ему. Однако он потребовал, чтобы Матадзюро продемонстрировал ему свою технику, так как знал, что мастерство молодого самурая могло сильно повлиять на решение Хида-но Ками.

Но в то время в доме Окубо не было никого, с кем мог бы сразиться Матадзюро. Тогда молодой мастер сказал, что продемонстрирует свое искусство киай. Матадзюро выглянул в сад и увидал там несколько ласточек, сидевших на ветке высокой сосны. Он устремил на них твердый взгляд и издал странный крик. Птицы, безжизненные, тут же рухнули наземь. Как только мастер прекратил киай, они вдруг ожили и взлетели в небо. Пораженный, стоял рядом с мастером Окубо Хикодзаэмон. Нет нужды говорить, что после столь удивительной демонстрации Матадзюро помирился с отцом и стал наставником сёгуна...

Описанная в этой легенде техника в японском фехтовании называлась «тоатэ-но дзюцу» - «искусство удара на расстоянии». Она являлась одним из элементов мистического искусства киай, которое было доступно лишь немногим крупнейшим мастерам.

Обычно киай-дзюцу называют «искусством победы криком». Применение этой техники, как она описана в источниках или продемонстрирована на одной из видеозаписей основателем айкидо Уэсибой Морихэем, связано с использованием специфического выкрика. О механизме его воздействия на противника единого мнения у исследователей нет. Одни считают, что главный фактор - неожиданность выкрика. Другие склоняются к тому, что яростный звериный вопль в условиях смертельного поединка, когда нервы бойцов напряжены до предела, может привести к потере сознания и даже к разрыву сердца и смерти. По версии третьих, эффект киай может быть объяснен явлением резонанса. Известно, что под действием голоса великого певца Карузо мог лопнуть стакан.

Каратисты также используют крик при разбивании различных предметов или во время решающего удара, чтобы облегчить выдох и напрячь мышцы пресса. В результате удар получается сильнее. А мастера кэндо утверждают, что при определенной силе крика движения бойцов становятся более точными.

Однако искусство киай гораздо сложнее, чем просто использование крика. Само слово «киай» состоит из двух частей и записывается двумя иероглифами: «ки» и «ай». Ки (по-китайски ци) означает воздух, дух, вселенская энергия, жизненная сила. Согласно представлениям дальневосточной натурфилософии, ки циркулирует в организме, перемещаясь по системе меридианов. Считается, что начальный заряд энергии человек получает при рождении от матери, а потом постоянно пополняет ее запас через дыхание, сон и употребление пищи. По меридианам энергия вместе с кровью поступает ко всем внутренним органам. Залогом здоровья и душевного равновесия человека служит ровная и уверенная циркуляция ки в теле (например, слово «кимоти» - «настроение» - в японском языке буквально означает «состояние ки»). Ки можно аккумулировать и направлять с помощью специальных упражнений и массажа, стимулируя приток энергии к отдельным органам для их оздоровления или ее отток для разрушения.

Второй иероглиф - «ай» имеет значение «соединять», «объединять». Таким образом, слово «киай» означает «соединять (объединять) ки». Искусство киай подразумевает, с одной стороны, установление энергетического контакта с противником, подавление воли и управление его действиями. А с другой - достижение единства со вселенской энергией, умелое направление которой порождает феноменальные возможности.

Психологически подавить противника одним лишь взглядом, убить его внезапным криком мастер мог лишь в том случае, если сам полностью контролировал свои эмоции. Знаменитый мастер кэн-дзюцу Цукахара Бокудэн писал в одном из своих стихотворений:
Воин должен учиться
Одной-единственной вещи:
Смотреть в глаза смерти
Без тени страха!

Основными средствами достижения бесстрашия служили медитация с концентрацией на точке тандэн (или сайка-иттэн -«единое средоточие») и использование глубокого дыхания животом. Кроме того, ученики киай-дзюцу подвергались различным испытаниям воли: тренировались с боевым оружием, когда каждая ошибка могла стоить жизни, подолгу стояли на краю пропасти и смотрели вниз, преодолевая страх высоты, и т.д. Особое внимание уделялось магическим переплетениям пальцев - кудзи-ин, которые обеспечивали замыкание определенных энергетических каналов для обретения непоколебимого спокойствия и создавали своеобразное защитное поле вокруг мастера. Об эффекте кудзи-ин рассказывается в следующей истории.

...Знаменитый полководец Ямамото Кау-сукэ шел как-то раз по горному лесу. Вдруг из чащи выскочила стая голодных волков. Звери тут же окружили самурая. От неожиданности воин схватился за рукоять меча, собираясь перебить хищников, но потом остановился. Каусукэ посчитал позорным использовать столь благородное оружие в бою против животных. Тогда он спокойно зажал большие пальцы в кулаки (по мнению японцев, это способствует достижению спокойствия) и прошел меж разъяренных волков, которые не осмелились кинуться на отважного самурая...

Особое значение в киай-дзюцу имело умение направлять собственную внутреннюю энергию ки. Для овладения этим искусством применялись специальные упражнения. В одном из них ученик принимал широкую стойку, складывал руки перед грудью, закрывал глаза и сосредоточивался на дыхании. Успокоив свой разум, он представлял, как на вдохе через ноздри в него входит теплое, ослепляющее серебристой белизной облачко энергии. Потом ки проходит по позвоночному столбу и нагревает его. Затем через копчик и низ брюшной полости добирается до точки тандэн, где на задержке дыхания закручивается в вихревом движении по часовой стрелке, разогревая этот важнейший энергетический центр. Оставив свое тепло и серебристость в «едином средоточии», замутненная ки через рот покидает тело.

Вдох через нос выполнялся за семь секунд. Затем следовала задержка в три секунды, во время которой язык касался верхнего неба. Цикл завершался выдохом через рот продолжительностью в десять секунд. Упражняться следовало несколько раз в день по тридцать - шестьдесят минут. Разливающаяся по телу приятная теплота, повышенное выделение слюны, ускоренный рост ногтей и волос свидетельствовали, что работа идет не впустую.

Ощутив перемещение ки в теле, учились испускать ее из тандэна, направлять в какую-либо часть тела и использовать в конкретных действиях. Например, в ударах. В киай-дзюцу акцент делался на овладение выбросом энергии в пространство. Важную роль в этом играл специфический выкрик. Смысл его заключался в следующем. Изгоняя воздух из легких, крик позволял достичь максимального сокращения мышц пресса, необходимого для импульсного выброса запасенной в «едином средоточии» энергии. Возбуждение дыхательной системы также стимулировало надпочечники, гормон которых - адреналин - активизировал работу сердца, предоставляя телу мощную волну дополнительной энергии.

Правильный крик должен исходить из тандэна без участия гортани. Если после нескольких повторений горло заболевало, исполнение считалось неверным. Другой недопустимой ошибкой было излишнее напряжение мышц лица и шеи, могущее привести к смертельному кровоизлиянию в мозг.

Для овладения криком существовали различные приемы. Задачей начального этапа было повышение внутрибрюшного давления и усиление мышц, осуществляющих выдох. Для этого в некоторых школах использовали упражнение со свечой, которую располагали на уровне губ сидящего перед ней ученика. Он должен медленно дуть на огонь размеренным, сильным потоком воздуха, стремясь к тому, чтобы угол отклонения пламени на протяжении всего выдоха был неизменным. Упражняться следовало по пять - десять минут в день, каждый раз увеличивая расстояние до свечи на несколько сантиметров, постепенно доводя его до полутора метров.
В другом упражнении ученик принимал широкую стойку перед той же свечой. Делал глубокий вдох животом и медленно выдыхал с шипящим звуком через открытый рот. Когда казалось, что воздуха в легких уже нет, следовало резким сокращением брюшных мышц с криком выбросить его остатки. Причем такой довыдох должен был погасить пламя средней свечи с расстояния не менее полутора метров. Иногда во время этого упражнения ученику после окончания медленного выдоха наносили удар в живот. При должном сокращении мышц брюшной полости он поглощался без всякого вреда.

Содержание киай-дзюцу, по-видимому, не исчерпывалось только умением выбрасывать ки в пространство. Оно включало также элементы гипноза (саймин-дзюцу). Движения мастера должны были стать краткими и уверенными, чтобы ни одним мускулом не выдать огромного внутреннего напряжения перед смертельной опасностью. Широко применялись гипнотизирующие пассы руками, мечом или боевым веером. Долгое время посвящалось овладению особым гипнотическим взглядом. Крику придавались разные эмоциональные окраски: ярость, злоба, уверенность, торжество.

Существовало несколько видов крика, каждый из которых имел свое предназначение. Так, в школе нин-дзюцу Тогакурэ-рю среди них был атакующий вопль «я-а-а!», издаваемый в момент удара, останавливающий и пугающий крик «хо!», торжествующий клич «йо-о!», выражающий непоколебимую уверенность в победе, беззвучный рев «умм» (надо сказать, что киай бывает и беззвучный), выражающий неистовство.

В бою очень важно определить момент слабости противника. Японские мастера киай-дзюцу хорошо знали, что в промежутке между окончанием выдоха и началом вдоха как физическая, так и психологическая готовность человека к действию снижается: мышцы расслабляются и теряют тонус, ухудшается реакция, на мгновение ослабевает внимание. Именно в этот момент и надлежало применять киай или наносить удар.

Сымитировать киай невозможно. Эффект достигается лишь при полной концентрации на действии, непоколебимой уверенности в своих силах и отсутствии всякого страха. Именно поэтому киай-дзюцу было столь редкой техникой даже в Японии, где насчитывалось около 10000 школ боевых искусств.

Японские мастера считают, что киай-дзюцу - это вершина, которая одновременно является основой всех боевых искусств. Ведь нельзя научиться побеждать, не научившись «смотреть в глаза смерти без тени страха».

                                   Каратэ-до Конно-дзюку: путь постижения боевых искусств

                                   Ежемесячное издание Hiden (Budo & Bujutsu)(Япония) №6, 2002
                                                                     

                                   Изучение наследия прошлого 

Конно Сатоси      В настоящее время каратэ распространилось по всему миру, и в каждом стиле и направлении есть свои индивидуальные особенности. Сегодня мы представляем читателям стиль, несколько отличный от других. Речь пойдет о Конно-дзюку. Глава стиля - сихан Конно Сатоси. Он родился на Хоккайдо в 1955 году, окончил университет "Дзёти", где и состоялось его знакомство с каратэ: во время учебы в университете сихан Конно изучал стиль Сито-рю. По окончании университета Конно познакомился с сиханом Икэдой Хосю, основателем стиля Дзёсинмон, и последующие 20 лет, став адептом этого стиля, Конно изучает каратэ направления Сёринрю, бодзюцу (техника работы с шестом) направления Дзёсинрю, а также тайдзюцу и сэйтай (энергетические практики).

Учитель Конно сихан Икэда, следуя в русле окинавского мастера боевых искусств Кьяна Тётоку, провел самостоятельные исследования ката и видоизменил их, а также выстроил необычную для каратэ трехступенчатую систему обучения боевым искусствам - син-гё-со.

В дальнейшем, после долгих раздумий, в октябре 1999 года сихан Конно вышел из Дзёсинмон, и Конно-дзюку, раньше входивший в Дзёсинмон в качестве одного из его филиалов, стал действовать как самостоятельная организация (и действует так до настоящего времени).

Будучи известным писателем и обладая пытливым умом, сихан Конно и в отношении каратэ имеет собственную точку зрения. Он считает, что должен самостоятельно найти ответ на вопрос, что же такое каратэ. Стиль Конно-дзюку, если можно так выразиться, является отражением внутреннего мира сихана Конно как каратиста. "Мы в нашем стиле не делаем каких-то особенных вещей. Мой девиз - любительское каратэ, которым может заниматься любой желающий. И все же мое каратэ - это каратэ для интелллектуалов",- говорит сихан Конно.

В чем же особенности "интеллектуального каратэ" Конно-дзюку? Став самостоятельным стилем, Конно-дзюку сосредоточен на изучении Сюри-тэ, то есть, старой окинавской техники. В настоящее время система тренировок в Конно-дзюку построена на основе старых окинавских принципов, и окинавская техника составляет сердцевину техники каратэ Конно-дзюку. "На Окинаве раньше, если говорили о Сюри-тэ, то подразумевали направление Сёрин-рю, однако оно впоследствии разделилось на Сёрин-рю, Мацубаяси-рю,Сёриндзи-рю и другие. В настоящее время не существует сведений о том, что же представляла из себя истинная техника мастера Анко Итосу, из которой берут свое начало вышеназванные ответвления. Я, собственно, и начал свою деятельность, задавшись этим вопросом.

Я изучил технику младшего брата Накадзато Дзёэн, а также Учителя Симабукуро Дзэмпо ("Сэйбукан"), проштудировал книгу Учителя Нагаминэ Тёсина , изучил технику стилей, берущих свое начало из Мацубаяси-рю. Я глубоко изучил систему тренировок Сюри-тэ, и сейчас она составляет стержень тренировок в Конно-дзюку".

Три "устных передачи"

Одна из особенностей Сюри-тэ - техника нанесения ударов с использованием эффекта от перемещения массы тела. Раньше для постановки специальной техники ударов Сюри-тэ использовали ката Найханти. В этой ката есть так называемая "намигаэси" - "возвратная волна", когда, не меняя центра тяжести, надо поднимать ногу. Тем самым формируется самоконтроль даже за незначительным перемещением центра тяжести. В Сюри-тэ - это наиважнейший момент, получивший название "тотихо" (падающая земля), или "тобокухо" (падающее дерево). Благодаря этому при нанесении удара рукой или ногой используется перемещение веса тела, и удар становится сильнее. Раньше в некоторых направлениях кэндзюцу (искусство владения мечом) обучали технике одновременного использования как веса самого меча, так и веса перемещающегося тела, и это уподобляли "падению старого высохшего дерева".

Для того, чтобы эффективно использовать при нанесении ударов "тобокухо", изучалось три особенных техники, которые изустно передавались от поколения к поколению - три "устные передачи". Это - гамаку, мутими и тинкути. Это слова из окинавского диалекта ("утинагути"), поэтому неясно, какими иероглифами их записывать и каким словам японского языка они соответствуют. Как бы там ни было, эти три слова из умирающего Тёмо Нагасироокинавского языка - и каждое из них в отдельности - обозначают чрезвычайно важные понятия в каратэ.


"Мастер Тёмо Нагасиро исполняет ката Дзион (фото приблизительно 1933 года). Поскольку Нагасиро использует тобокухо, тело чуть наклонено вперед, это видно и при ударе маэгэри. Стойка дзэнкуцу высокая. Снимок сделан за мгновение до использования тинкути, поэтому рука согнута в запястье. Если не вернуться к изначальным ката Сюри-тэ, многому из реальной техники так и не удастся научиться".

Гамаку - это положение тела, когда плечи опущены, а мышцы живота и спины контролируют положение таза. Благодаря гамаку можно контролировать перераспределение веса в собственном теле, и даже при высоких стойках сохраняется устойчивое равновесие. Гамаку является базовым положением и в народных танцах островов Рюкю. То есть, раньше в ударах Сюритэ источником силы было положение гамаку, а не вращение бедрами влево-вправо. Если следовать этому принципу, то удары, называемые в наши дни ои-цуки и гяку-цуки становятся качественно одинаковыми. Иными словами, в современном каратэ сначала ставится нога вперед, а затем в зависимости от поворота бедер вправо или влево наносится либо оицуки либо гякуцуки - качественно разные удары. Однако при использовании "тобокухо" и гамаку движение идет не от передвигающейся ноги, а от бедра, поэтому и оцуки, и гякуцуки становятся качественно одинаковыми, и различие состоит только в том, выдвигается при нанесении удара нога вперед или нет. Кроме того, используя гамаку, можно осуществлять быстрые уходы (таисабаки) вправо или влево.

Мутими - это способ передачи силы, благодаря использованию гамаку, от бедер к рукам. Верхняя часть тела расслаблена и производит своеобразное короткое сотрясение. Это специфическое движение встречается в ката Найханти.

Конно Сатоси Конно СатосиКонно Сатоси

"Скрытая в ката техника тобокухо: Из положения тюдан-укэ - 1) переносим вес тела вперед, 2)переходим в положение для удара фумикоми-дзёдан цуки, 3)благодаря этому высвобождаем энергию для нанесения мощного удара"

Тинкути - используется при нанесении удара кулаком. Из расслабленного положения следует моментальное мышечное сокращение, что позволяет резко повысить концентрацию силы удара. Эта техника встречается в китайскитх боевых искусствах. Если посмотреть на старые (особенно довоенные) фотографии мастеров Сюритэ, то стойки как правило высокие и неширокие, во время нанесения ударов есть легкий наклон вперед, и зачастую рука согнута в запястье. С точки зрения современного каратэ - это неправильно, однако на самом деле это и есть изначальная техника Сюритэ.

Дело в том, что мастера на фото задействовали все элементы - тобокухо, гамаку, мутими, тинкути, а согнутая в запястье рука, несомненнно, это положение за мгновение до использования тинкути.

Конно Сатоси

"Положение ног при кихон-кумитэ. Обратите внимание на белую линию на полу - воображаемую линию атаки. Очевидно, что подобное движение в сторону обеспечивает уход с линии атаки"

То же самое относится и к удару ногой маэгэри. Удар внешне выглядит несильным, коротким тычком, однако на самом деле благодаря использованию тобокухо в одно мгновение происходит перераспределение веса, и если удар хорошо отработан, то он очень силен.

Раньше на Окинаве описанные выше вещи передавались только изустно. "Сэнсэй Хосю Икэда, у которого я учился, хотя и не использовал термины гамаку, мутими и тинкути, применял эти техники на практике. Во всех стойках сэсан-дати мы ясно видим гамаку, при ударах руками Икэда использовал мутими и тинкути, благодаря чему буквально небольшим касанием можно было повергнуть противника. Однако для достижения такого эффекта от ударов нужны длительные целенаправленные тренировки. Я считаю, что мне посчастливилось учиться у выдающегося человека. Однако, к сожалению, если целью становится победа в соревнованиях, вышеупомянутым окинавским техникам перестают уделять должное внимание. С этим уже ничего не поделаешь",- говорит Сихан Конно.

Изменения ката

В Конно-дзюку изучают следующие ката: начинающие разучивают Дзюни-но ката (короткая ката, содержащая базовые движения), затем - Пинъаны и Найханти, на уровне 1 дана изучают Сэсан и Вансю, 2 дан - Ананку и Бассай, 3 дан - Тинто и Годзюсихо, 4 дан - Кусянку и снова Найханти. По сравнению с другими стилями эти ката представляются несколько ортодоксальными, однако и в стиле Дзёсинмон эти ката входят в число семи старых ката. Однако принципиальное отличие в Конно-дзюку состоит в том, что нет обычно глубоких стоек дзэнкуцу и кокуцу, все стойки высокие.

Конно СатосиКонно Сатоси Конно Сатоси

"Кихон кумитэ (первый комплекс) 1) с уходом в стойку нэкоаси вправо блокируем удар тюдан-цуки, 2) руку из блокирующего положения тут же переводим в положение удара дзёдан цуки, 3) с переходом наносим тюдан-цуки"

Изначально на Окинаве стойки были именно такими. Движения короткие, количество движений также меньше. Структура ката такова, что любое движение, благодаря использованию гамаку, мутими и тинкути может быть выполнено с большой силой.

"Главное состоит в том, что ката изначально были созданы таким образом, чтобы содержащиеся в них движения могли бы применяться на практике. Однако, к сожалению, в настоящее время ката видоизменены, и если не вернуться к изначальному варианту, движения из ката применить на практике станет невозможно.

"Практическое применение Первого комплекса Кихон кумитэ 1) в ответ на удар тюдан цуки чуть-чуть уходим вправо, одновременно нанося удар дзёдан цуки, останавливая тем самым движение противника, 2) быстро заходим за спину, 3) проводим бросок и добивание противника"

Например, стойки дзэнкуцудати и кокуцудати, когда грудь нужно подать вперед, а бедра опустить как можно ниже, хороши для тренировок нижней части тела, однако в реальной ситуации ноги в этих стойках надолго остаются на одном месте, и из таких положений реально ничего нельзя сделать. Да и с точки зрения здоровья эти стойки вредны: заставляют бедра перенапрягаться и вызывают болезненные ощущения. Изначально дзэнкуцудати было таким положением тела, которое возникало после перехода вперед из естественного положения сидзэнтай, используя тобокухо, поэтому раньше в дзэнкуцудати верхняя часть тела была подана чуть вперед и стойка была неширокой. Раньше учили, что дзэнкуцудати "убивает" подвижность тела, поэтому надо сразу же возвращаться в исходное положение сидзэнтай. Это принципиально отличается от точки зрения, распространенной в современном каратэ. Если в нынешних соревнованиях по ката продемонстрировать ката, содержащие гамаку, мутими и тинкути, скоре всего, высоких баллов за исполнение не получишь: критерии оценки совсем другие",- говорит сихан Конно.

Важность базовой техники (кихон)

Еще одной особенностью Конно-дзюку является система тренировок - от базовой техники к сложной и вновь возврат к базовой. То есть, базовая техника (кихон) нужна не ради ее разучивания как таковой, а для того, чтобы показать, что в любом из ее разделов содержится практическая составляющая. Для того, чтобы объяснить всю важность кихон уже на начальном этапе показывается сложная техника, которую в обычных додзё на этом этапе обучения не показывают. Сихан Конно щедро делится знаниями.

При обучении технике кумитэ (поединки) сначала разучиваются 5 базовых комбинаций - "кихон кумитэ гохон". Это взятые из ката отдельные движения и способы их практического применения. Эти движения выглядят неброскими, но каждое из них имеет множество трансформаций, и их вполне достаточно для реального поединка. Все движения "кихон кумитэ" выполняются из естественного положения сидзэнтай .После ухода с линии атаки (таисабаки) следует мгновенная контратака. Однако перед этим отрабатывается сама техника надежных уходов, далее осваивается техника единого движения защиты и контратаки, далее движения шлифуются, становятся быстрее и точнее, и в результате осваивается сложная практическая техника, позволяющая в одно мгновение вывести из равновесия и сокрушить своего противника.

Обычно столь трудной технике обучают лишь тех, кто достиг высокого уровня в каратэ, а в Конно-дзюку эту технику дают уже начинающим.

"Разумеется, начинающие на своем уровне не могут сразу освоить сложную технику, однако они пробуют ее исполнение, понимают, что если что-то не получается, то стоит вернуться к ката. Таким образом, улучшается не только исполнение ката как такового, но и после повторного обращения к практической технике, заметно, что и качество ее исполнения тоже улучшилось. Так и происходит постепенное продвижение вверх по ступенькам освоения каратэ".

Точное каратэ

Сихан Конно считает, что важнейшими составляющими каратэ являются правильный выбор времени и положения тела. "В конечном счете каратэ - это контратака. Известно, что в каратэ нет первого удара, и это естественно, поскольку наносящий удар первым проигрывает, и задача заставить атаковать противника первым, чтобы использовать контратаку. Против удара рукой можно использовать в контратаке как удары руками, так и ногами. Важен выбор времени и правильное положение тела. Если эти два условия соблюсти, то даже начинающий сможет применить кудзуси-вадза (технику разрушения). Однако для того, чтобы можно было использовать такую технику, надо в полной мере освоить гамаку, мутими и тинкути.

Эти элементы наглядно можно продемонстрировать и в бодзюцу (техник владения шестом), которому я обучаю параллельно с каратэ".

"Раньше на Окинаве говорили: "Объяснять ката, но не показывать приемы". Изначально каратэ было эффективным боевым искусством, в котором в максимальной степени использовались возможности человеческого тела. Поэтому изучение каратэ было трудным и требовало высокого уровня восприятия. Если из каратэ убрать соревнования, то как раз и останутся передаваемые из прежних времен точные техники, присущие боевым искусствам. В каратэ есть различные направления: есть сильное каратэ, а есть точное каратэ. Сильное каратэ - это представители многих федераций, а также фул-контакта. Однако важно, чтобы наряду с этим существовала и такая область изучения и передачи знаний, как точная техника, пришедшая к нам из прошлого. Я думаю, должны быть люди, которые говорили бы о важности гамаку и тинкути. Именно в этом я вижу свою роль".

Хотя сихан Конно и называет свое каратэ "любительским", в настоящее время стиль Конно-дзюку представлен тремя залами в Токио, а также филиалами в Осака, в Фукуяма, а также в Москве. Сихан Конно раз в месяц ездит в Осака и Фукуяма, а раз в год - в Москву.

Можно ожидать, что хотя стиль Конно-дзюку и немногочисленный, в его недрах взрастут выдающиеся каратисты, и что этот стиль в полной мере будет выполнять важную миссию по пропаганде знаний о боевых искусствах.

  Перевел с японского Валерий Натаров

 

Ката - коаны каратэ

Алексей Горбылев Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. 

 

Во всех боевых искусствах Востока одним из самых важных методов овладения мастерством на протяжении веков были специальные комплексы приемов, сгруппированные в определенной последовательности и исполняемые без партнера. В японских боевых искусствах их называют "ката".

Особое место ката занимают в традиционном каратэ. Это ярко проявляется в неустанном подчеркивании ведущими японскими мастерами необходимости постоянно отрабатывать такие комплексы. Например Мабуни Кэнва, основатель школы Сито-рю, так пишет о ката: "Самое важное в каратэ - ката. В них собраны все приемы нападения и защиты. Поэтому нужно хорошо понимать смысл ката и выполнять их правильно.

Хотя некоторые, вероятно, считают, что можно игнорировать ката и практиковать только спарринг, такое отношение никогда не приведет к истинному прогрессу в каратэ. Дело в том, что удары и блоки, техника нападения и защиты имеют тысячи вариаций, и в схватке все опробовать невозможно... Одна-две ката - вот единственное, что нужно человеку, если только исполнять их четко и с условием, что они станут "твоими". Тогда прочие ката будут служить лишь для расширения познаний и для сравнения. Как бы ни был богат и обширен ваш опыт в области формальных упражнений, он бесполезен без должной глубины. Сколько бы человек не выучил ката, если тренировка в них недостаточна, они едва ли пригодятся. Учите правильно и отрабатывайте одну-две ката, и когда придет время их применить, то независимо от вашего сознания, они окажутся эффективны сверх всяких ожиданий.

Второе, что следует выделить особо, - это правильность тренинга. Если методика тренировок неправильна, то уже не важно, в скольких схватках вы участвовали, сколько разбили камней и досок, ибо дурные навыки в конце концов приведут к поражению. Однако, хотя ката можно назвать самой важной частью занятий каратэ, не стоит также пренебрегать спаррингом и тестами на пробивание твердых предметов. Путь к настоящему каратэ - это избегать праздности и заниматься упорно, с мыслью, что ката составляют половину успеха, а прочие тренировки - другую половину".

Особое значение ката придавалось на родине каратэ, на острове Окинава, где, судя по воспоминаниям Фунакоси Гитина и других мастеров, они подчас превращались в единственный метод тренировки. При этом, несмотря на полное отсутствие учебных поединков, о которых столпы каратэ не упоминают, бойцы на Окинаве добивались высочайшего мастерства в искусстве поединка, что не вызывает ни у кого сомнений.

Чем же объясняется такое подчеркнутое уважение к ката и вера в их эффективность у мастеров традиционного каратэ? Вопрос этот сложен и в то же время актуален, ведь не секрет, что многие современные рукопашники заявляют о полной непригодности ката для подготовки бойца. Итак, попробуем разбраться в сущности феномена ката.

Пожалуй, ключ к его разгадке скрыт в словах, которые часто повторяют мастера боевых искусств: "Ката - это коаны каратэ". Они раскрывают значение термина "ката" через сопоставление его с одним из важнейших элементов тренинга в дзэн-буддизме. Для нас это означает необходимость сначала разобраться с сущностью дзэнских коанов, а уже затем, путем сравнения, выявить сущность ката.

Дословное значение термина "коан" (кит. "гуан-ань") - "публичный отчет". Чаньский наставник Чжунфэнь Минбэнь (1263-1323), исходя из этимологии, следующим образом раскрывает значение этого слова: "Гун, или публичный (гласный), - это тот единый путь, которым следовали мудрецы и им подобные достойные люди, высший принцип, служащий дорогой для целого мира. Ань, или отчет (запись), - это ортодоксальные писания, которые фиксируют то, что мудрецы и почтенные люди считали (основными) принципами... Слово гун, или "всеобщий", означает, что гун-ань кладут конец частному пониманию; слово ань, или "запись случаев", означает, что они находятся в соответствии с Буддами и Патриархами".

Чаньские гун-ань одноименны с гласным судебным разбирательством,которое практиковалось в средневековом Китае. Отталкиваясь от этого, Чжунфэнь проводил аналогию между работой чиновника, ведущего такое разбирательство, и учением наставника Чань (дзэн). Когда человек не может самостоятельно решить свое дело, он обращается в суд, где специальный чиновник на основе записей прецедентов выносит решение по его делу. Так же и в случае с гун-ань. Если чаньский адепт не может самостоятельно разрешить какую-либо духовную проблему, достичь озарения, он обращается к наставнику, который при помощи гун-ань (то есть записи прецедента "озарения") помогает ему в этом.

Таким образом, коан фиксирует просветление адепта, практиковавшего Дзэн ранее. Хотя коан является описанием вполне конкретной ситуации диалога конкретных лиц (иногда скрытого), он выходит за рамки частного понимания и содержит в себе некое измененное состояние сознания, одинаковое у всех просветленных мастеров и понимаемое как "абсолютное". Поэтому коан является гарантом достижения просветления в будущем теми, кто будет его практиковать. По словам Чжунфэня, "гун-ань не является частным мнением отдельного человека, но, скорее, Высшим принципом, который признается истинным сотнями и тысячами бодхисаттв трех сфер и десяти направлений так же, как и нами. Этот принцип пребывает в гармонии с духовным источником, совпадает с Непостижимым Смыслом, разрушает рождение-и-смерть и преступает ограниченность страстей. Он не может быть понят посредством логики, он не может быть передан в словах, он не может быть разъяснен в писаниях, он не может быть измерен разумом".

Теперь рассмотрим, что представляют собой ката каратэ. Слово "ката" может записываться двумя разными иероглифами, один из которых имеет значения "шаблон, трафарет; модель, фасон; обыкновение, традиция", а второй - "форма, вид". Если рассматривать ката каратэ как аналог дзэнского коана, то по аналогии они тоже должны фиксировать состояние озарения. И действительно, ныне широко известна идея, согласно которой древние, традиционные ката были смоделированы мастерами по ситуациям реальной схватки с несколькими противниками; они фиксируют озарение мастера и технику боевых приемов, реализованных в состоянии озарения в смертельном поединке.

Таким образом, ката - это фиксация озарения, однако фиксация не в словах, а в движениях (кстати говоря, "Сутра помоста шестого патриарха", на которую опирается весь дзэн-буддизм, называется во введении "внезнаковыми предписаниями"). При этом значения "трафарет, шаблон" или "форма" подразумевают не столько следование чисто технической традиции, заложенной мастером, сколько возможность достижения просветления на основе "прецедента".

С точки зрения дзэн-буддизма коан, а вместе с ним и ката, выступают как "живое слово", неотделимое от просветленного сознания, при достижении которого снимаются противоречия между субъектом и объектом. Это не обычный логически связанный текст (такой текст в дзэн-буддизме называют "мертвым словом"), в котором передается какая-либо информация. Ката не читают, его переживают. Сущность ката заключается не в получении какой-то информации, а в переводе субъекта (в процессе интуитивного созерцания им этого "живого слова") из обычного состояния сознания в просветленное.

Поэтому постижение ката возможно только в ситуации общения Учителя как носителя просветленного знания и ученика, общения явного или неявного.

Для профана "живое слово" неотличимо от "мертвого". Только если последователь дзэн в процессе его интуитивного созерцания достигает нового, просветленного состояния сознания, слово "оживает". И тогда "текст", или ката, как знаковая структура, фиксирующая определенные субъектно-объектные отношения, перестает для него существовать. Как учил Хуэйнэн, автор "Сутры помоста", 6-й патриарх Чань-буддизма, "о чем бы ни шла речь, не будет ни того, кто может говорить, ни того, о чем можно говорить; точно также, о чем бы вы ни мыслили, не будет ни того, кто может мыслить, ни того, о чем можно мыслить".

В этой идее лежит ключ к пониманию правильной практики ката. Если на начальном этапе обучения ученик загоняется в жесткую структуру движений и ритма, то после достижения просветления эта жесткая структура перестает для него существовать. Исчезают все субъектно-объектные отношения, открываются возможности для полноценного независимого творчества мастера на ином качественном уровне - на уровне просветленного сознания.

Важно отметить, что для конкретного индивида далеко не каждое ката пригодно в качестве "средства" (кит. фанбянь) достижения просветления. Оно должно быть строго индивидуализировано в зависимости от личностных особенностей и способностей ученика. Это, с одной стороны, обуславливает принципиальную неисчерпаемость форм, в которых истина может быть выражена, а, с другой, лишний раз подчеркивает роль Учителя в нахождении подходящего "средства". Поэтому в современных школах боевых искусств, например в каратэ, утвердилась практика "токуй ката" - "ката-конька", которое ученик ощущает "своим".

Так как дзэн-буддизм считает критерием истинности достижение личного просветления, что согласуется с постулатом Бодхидхармы о необходимости "прямой передачи вне текстов",то сами эти "тексты" могут изменяться, чтобы соответствовать духу времени. Не зря школу Дзэн называли также "школой патриархов". Поэтому те изменения, которые вносили крупные мастера в ката на протяжении многовековой истории боевых искусств в соответствии со своим пониманием и ощущениями, в дзэн-буддизме отнюдь не рассматриваются как кощунство и уничтожение сакральной сути "формы". Ведь в этой измененной "форме" запечатлена "истинная природа" нового мастера, достигшего просветления.

Таким образом, согласно воззрениям древних наставников боевых искусств, ката являют собой эффективнейший метод психического переструктурирования личности последователя каратэ с целью достижения им просветления, с которым приходит и эффективность в бою.

Разобравшись в том, что же составляет сущность ката, важно разобраться и в том, как читать "послания мастеров". В современной литературе часто встречаются высказывания о том, что при исполнении ката необходимо "визуализировать противников", "представлять реальную схватку". Но, если принять во внимание идею снятия субъектно-объектных отношений, на реализацию которую работает вся система тренинга в дзэн-буддизме (и ката в том числе) эти заявления покажутся совершенно абсурдными. В таком случае правомерен вопрос о "правильной методике" занятий ката. На мой взгляд, она наилучшим образом описана в книге одного из крупнейших мастеров каратэ школы Сётокай-Эгами Сигэру:

"Можно рассматривать ката как единение приемов нападения и защиты, но ката больше, чем только это. Ученик должен стараться познать дух мастера, создавшего данную ката, так как у ката есть собственная жизнь, и требуется пять-шесть лет, чтобы ею овладеть... Лучше всего начинать с изучения простой ката, такой как Тайкёку, в составе группы, и чтобы кто-нибудь подавал команды. Нужно повторять ката десять, двадцать, пятьдесят, сто раз без перерыва. Вы не сможете сильно использовать свою голову, но не надо на это и надеяться. При этом вы должны упорно тренироваться, не заботясь о том, послушно вам тело или нет. Просто тренируйтесь напряженно - и все.

И что же произойдет? Что касается молодых людей, наделенных большой силой и энергией, то после десяти-двадцати повторений ката таким способом они будут истощены, так как существует предел. Продолжая тренировку, они устанут еще больше, до такой степени, что не смогут стоять, станут задыхаться, а взор у них затуманится. Но они не должны прекращать тренировку. Продолжая выполнять ката в этом состоянии, они станут подобны автоматам и не смогут вкладывать в свои движения никакую силу. Попросту говоря, они не будут знать, что делают.

На этой стадии они заметят, что их движения стали мягкими и естественными. Разум стал бесполезен, а все движения теперь контролирует само тело.

Но даже тогда, если они услышат команду, будут реагировать на нее каким-то образом, хотя не обязательно на физическом уровне. В то же самое время они смогут постичь связь между ними и человеком, подающим команды, и связь между разумом и телом.

Движения тела и поток ощущений поначалу будут казаться очень странными, но потом исполнители успокоятся и, в конце концов, придут в состояние полного спокойствия и концентрации. Дыхание станет ровным, несмотря на энергичность движений.

Конечно, не новичок сможет выполнить это. Только после долгой практики ученик постепенно подойдет к такому состоянию. Только когда его тело будет отменно натренировано, он сможет дойти до такого уровня.

Не ограничивайте использование своей силы лишь низшим уровнем. Я думаю, что никто точно не знает свою физическую силу и способности. Вы будете думать, что не сможете продолжать, но, в конце концов, поймете неисчерпаемость энергии тела и разума. Вы должны бросать вызов этой энергии до тех пор, пока в самом деле не упадете наземь.

Во время тренировки такого типа все движения должны быть очень быстрыми, например, нужно выполнить ката Тайкёку за пять секунд. Но есть и другой вариант тренировки, который я бы порекомендовал. Попробуйте выполнить ката Тайкёку за три с половиной или пятнадцать минут, не прекращая движения. Это окажется более трудным, чем выполнить ката быстро.

Естественно заняться теперь критикой. Действительно, ведь речь идет о человеке. Но все, что нужно помнить, так это то, что вы бросаете вызов неизвестному миру, миру тренировки, для которой ваш сегодняшний уровень знаний недостаточен. Вы должны тренироваться до тех пор, пока ваше тело само все не поймет. Это и есть настоящая тренировка...

Не нужно думать о практике ката, будто это схватка с врагом. Нужно бросать вызов пределам собственной силы".

К этим требованиям мастера Эгами присоединяется целый ряд крупнейших мастеров будо. Например, основатель школы каратэ Кёкусинкай Ояма Масутацу отмечал, что лучше учить одну ката, чем множество, причем стоит повторить ее три тысячи раз - и все вопросы будут сняты, правильное понимание придет само. Думается, что описанная выше методика вполне соответствует дзэнской беспредметной медитации.

Таким образом ката выступают как типичнейший пример дзэнской тренировки. Они могут служить главным средством достижения того высшего уровня в боевом искусстве, на котором эффективность в бою является лишь "цветком на обочине дороги".